Одна или Единая?
.
Святитель Филарет Московский в своем Пространном Катехизисе писал: «Символ веры есть учение о том, во что должны веровать христиане, изложенное в кратких, но точных словах».
.
Когда на Литургии весь храм запевает Символ веры, человек, держащий в руках книжицу митрополита Илариона, может уразуметь, что церковнославянские слова: «Верую во Единаго Бога Отца…» означают по-русски: «Верую в Единого Бога Отца…».
.
Можно было бы отнести это толкование к области юмора, или, на крайний случай, неграмотного перевода (словари однозначно переводят с церковнославянского «Единаго» – как «Одного» или «Единственного»), если бы не настороженность наша к проповедуемой сегодня в нашей Церкви ереси экуменизма.
.
Человеку современной культуры не нужно маяться неизвестностью: «В Единого с кем Бога я верую?». Благодаря Всемирному саммиту 2006 года, он уже осведомлен, что у нас Единый Всевышний с мусульманами и иудеями
То же искажение смысла учинено в 9-ом члене Символа веры: «Во едину Святую, соборную и апостольскую Церковь» переведено не как «В одну Святую, соборную и апостольскую Церковь» (греч. Εις Μίαν = в одну), но: «В единую Святую, вселенскую и апостольскую Церковь» (при этом строчкой ниже «едино крещение» переведено как «одно крещение»).
.
Экуменический термин «Единая Церковь» являет главную цель кропотливой, почти вековой деятельности всемирного экуменического движения и подразумевает соединение всех имеющихся в мире церквей во Всемирную церковь (сначала всех христианских конфессий, а потом и всех остальных религиозных организаций)
До 1054 года Церковь несла свет Истины Христовой всему миру, была действительно всеобщей и вселенской, но после своего отпадения, отделения Ватикан присвоил себе наименование вселенской (католической) церкви и уже 10 веков кнутом и пряником (мечем и кинжалом) пытается подчинить себе весь мир.
.
.
Потому Русская Церковь, чтобы избежать созвучия с латинством, приняла перевод καθολικὴν = соборная, как синоним всеобщей.
Сегодня, когда большая часть стран Запада являются протестантскими и католическими, возвращение термина «вселенской Церкви» является искажением догмата о Церкви как Теле Христовом, к которому не могут принадлежать ни раскольники (римо-католики), ни еретики (протестанты, копты, армяне), и придает Церкви, в которую мы веруем, экуменический смысл Единой Всемирной церкви.
.
Таким образом, русский перевод древнего Символа веры в столь массово изданной брошюре является лукавой проповедью всеереси экуменизма и показывает как митрополит Иларион (Алфеев) понимает богословский смысл Никео-Цареградского Символа веры.
.
Так что когда мы с вами на Божественной Литургии в одном храме с митрополитом произносим эти слова, то в действительности исповедуем уже, пожалуй, разную веру…
Было бы странно, конечно, если бы такой рьяный любитель католицизма, как Алфеев, не исказил Догмата о Святом Духе – ахиллесовой пяте папизма. Так и случилось. Его «вольный» перевод, где «Животворящий» Дух назван «оживляющим» (причём – именно с маленькой буквы!) – чрезвычайно показателен. Это, как минимум, бездарная отсебятина.
.
Пророчества старцев об изменении в предантихристовы времена Символа веры не обязательно будут исполняться по букве (например, добавлением «Филиокве», как некоторые ожидают), но вполне по-иезуитски – изменением смысла текста.
Из чистого золота, чтобы и на зубы хватило 
