Книга Проект Бога
стр. 430 - 432
После воскресной литургии
MacDonald’s, втиснутый между высоток спального района, забит на-
родом. Можно встретить знакомые лица из числа прихожан с деть-
ми. Но основную массу посетителей составляют подростки. Наблюдаем:
что за народ, зачем здесь? Напротив — две девчонки со смартфонами:
на столике по коктейлю, сидят, болтают, смеются, перекачивают музыку,
общаются «Вконтакте». Они точно пришли не есть. Чуть дальше —
целая компания пятнадцатилеток: кто-то цедит колу, кто-то лениво
ковыряется в пакетике с карто- фель-фри — явно неголодные…
Так зачем они здесь? — Пообщаться, просто больше негде. Это
мы, взрослые, уже «толстокожие»,нам достаточно обменяться «лай-
ками» в соцсетях. Дети же пока еще хотят видеть друг друга вживую. Они
еще не сталкивались с замороченным миром взрослых. Кризис цивили-
зации и тупик постмодернизма никак не мешают им сесть на трамвай и
через 15 минут собраться веселой компанией в ближайшем ТРЦ.
Маленький принц vs постмодернизм
Но пройдет немного времени и шумные тинэйджеры заполнят ауди-
тории образовательных учреждений. Здесь разношерстную массу
рассортируют, отформатируют под отраслевые требования и направят
на стройки потребительской цивилизации (а теперь еще и на братоубий-
ственную войну).В начале жизненного пути никто не
ощущает себя винтиком в механизме бездушной машины. Молодые
люди пока еще остаются верящими в чудеса детьми с ментальностью
Маленького принца — хозяина планеты, перед которым открыты
все пути. Они еще сохраняют в себе тепло родительской опеки, и агрес-
сивный мир взрослых неизбежно вызывает желание навести в стране
порядок, сделать ее такой же уютной, как и родительский дом. Ведь это же очевидно: человеку лучше всего среди близких, поэтому и страна должна быть похожа на большую и
дружную семью. С этой важной миссией молодежь вступает в наш стра-
ждущий мир. Она по-отечески стремится его согреть, охватить заботой,
приютить как бездомного пёсика с грустной мордашкой. Однако собака
оказывается бешеной — большие и маленькие винтики, крутящиеся в ка-
питалистической машине, не только огрызаются в ответ, но хищнически
атакуют. Ибо ближний для них — добыча, материальный ресурс.
Все хотят жить в стране, похожей на большую дружную семью, о ко-
торой мечтал Маленький принц. Но кто-то невидимый заставляет лю-
дей идти против детской мечты. Социально-экономические условия не
оставляют выбора. Вместо подвигов гардемаринов молодежь встает на
беговую дорожку постиндустриального общества. И начинается гонка за
безконечно удаляющимся потребительским солнцем.
И понесутся похожие друг на друга дни, месяцы, годы. И всякий
раз не будет хватать времени для высокой миссии. И с каждым годом
сердце все медленнее будет проворачивать благородную кровь, зову-
щую к чести и подвигу. И когда забудутся идеалы детства, то совсем
остановится. Ошметки Маленького Принца осядут на дно остывшей
души, и человек растворится в безликой толпе таких же равнодушных
друг к другу мертвецов.
Трапезные
Это было так важно, что стало неотъемлемой частью храма. Трапезные
выполняли сакральную функцию: они проецировали литургическую
одухотворенность за пределы церковной ограды. Трапезные являлись
базовым компонентом традиционного общества: в них осуществлялся
естественный переход от церковной жизни к началу государственной.
Именно здесь, на первоначальном уровне социализации, закладывались
очертания державы.
Двери трапезных были открыты всегда. Проблемы места для встре-
чи и общения в любом составе и при любом достатке не существовало.
Трапезные использовали не только для церковных, но и для светских
нужд. В них устраивали общинные праздники, заключали торговые
сделки, выбирали должностных лиц. Благодаря трапезным приходы
были объединены тысячами связей: социальными, культурными, хо-
зяйственными. Эта сеть стала тем инкубатором, который сгенерировал
русскую культуру, государственность, саму нашу цивилизацию. Имен-
но культура общинной жизни позволяла нашему народу быть живым,
веселым, пассионарным.
«Макдональдсная» часть храма
Древо традиционной социальной системы произрастает «от земли»,
от заложенной в каждом человеке потребности к социализации че-
рез Христа. С приходом Петра I живая самоорганизация заменяется на
административно-директивную бюрократию. Теперь фактором социа-
лизации становится не Дух Бога живого, а чиновничьей циркуляр, ст-
ригущий весь народ под одну серую гребенку. С тех пор трапезная часть
храма находится в состоянии архитектурного рудимента.
Противоестественная организация народной жизни запустила апо-
калиптический механизм нового времени, уничтоживший традиционное
общество. Эта адская машина работает и сейчас. Именно она десоциа-
лизирует народ и формирует нашу уродливую общественную систему.
Именно она осуществляет смену русского цивилизационного кода. Это
происходит в тот момент, когда семьи наших прихожан после литургии
идут в MacDonald’s; когда наши дети, чтобы просто поболтать, «забивают
стрелки» в торгово-развлекательных комплексах; когда для обсуждения
житейских вопросов мы садимся за столик в Pronto…
Возвращение
В допетровскую эпоху христианская община являлась цивилизацион-
ным ковчегом, охватывающим заботой все сферы бытия человека,
и духовные, и культурно-бытовые. Именно Церковь была генератором
логосов отеческой заботы, по которым выстраивалась жизнь страны. И
государство превращалось в Отечество. И каждый гражданин получал
защиту от произвола чиновников, торговцев и банкиров, потому что в
традиционной системе он не «физическое лицо», а равноправный род-
ственник в большой семье своего народа.
Чтобы политическая система была подлинно народной, она должна
произрастать из естественной социализации. Корпоративную модель
государства необходимо заменить на отеческую. В этом заключается
выход из тупика постмодернизма. И для этого не нужны миллиардные
инвестиции. Достаточно в двух-трех храмах организовать постоянно
действующие трапезные. Приходские клубы быстро станут любимым
местом для местных жителей и естественным образом начнут выпол-
нять функцию культурных центров державной ориентации. Начнется
процесс социализации и налаживания культурно-хозяйственных
связей — а это уже новая общественная система с отеческими
принципами.Осуществить детскую мечту Маленького принца захотят везде,
где есть действующий храм. Процесс возвращения народа в Отече-
ство цепной реакцией пойдет по всему постсоветскому простран-
ству. Сеть приходских трапезных —
это огромный рынок и возможность для проявления инициативы милли-
онов. Расселение мегаполисов, возрождение села, любое преобразование
страны осуществимо, если со Христом в сердце мы все вместе захотим
по-отечески согреть заблудшую Россию, охватить ее заботой, приютить
как больную бездомную собаку.
