Церковно-славянский: «волею бо благоволил еси плотию взыти на Крест, / да избавиши, яже создал еси, от работы вражия. / Тем благодарственно вопием Ти: /
радости исполнил еси вся Спасе наш, / пришедый спасти мир».
Синодальный: «добровольно благоволил Ты взойти плотию на Крест, / чтобы избавить созданных Тобою от рабства врагу. / Потому мы благодарно взываем Тебе: / "
Радостью Ты наполнил все, Спаситель наш, / пришедший спасти мир!"»
В обоих случаях получается, что благодарение приносится за то, что наш Спаситель, пришедший спасти мир, наполнил радостью всё, что есть в этом мире. Получается явный абсурд. Особенно это касается нашего времени, когда места для пасхальной радости как таковой почти и не осталось. О чем же здесь идет речь, каков истинный духовный смысл, если отойти от буквы? В правильном переводе должно быть примерно так: «
Тем благодарственно взываем Ти: "Исполнил Ты путь спасения -- радостью, Спаситель наш, пришедший спасти мир!"»
Чувствуете, какая энергия мгновенно включается, если внешнюю словоформу привести в соответствие к внутреннему содержанию? Так что радость христианская она не везде, а только на пути спасения в духе истины. И от этого действительно вырастают крылья радости!