ТЕМА: Вопрос Слава! Слава! Слава! Слава! Слава! Слава! Слава Триединому Богу!!!

«Того Царя, который меня прославит, и я прославлю» - преподобный Серафим Саровский.

Несомненно существовала молитвенная связь между преподобным Серафимом Саровским и последними русскими Государями. Не одно поколение Царской семьи горячо почитало Серафима Саровского, особенно после исцеления в 1860 г. великой княжны Марии Александровны, от тяжелой болезни накрытой его мантией.

В 1902 году Царь Николай II выступил за прославление любимого народом старца. Прославление состоялось в день рождения Серафима – 19 июля 1903 года (по старому стилю, по новому – 1 августа). В Саров стеклось до 300 тысяч верующих, среди которых был и Государь с супругой.



На следующий день после обедни в Успенском соборе Николай II осматривал монастырь, спускался в Саровские пещеры. После этого в его присутствии служили последнюю панихиду по иеромонаху Серафиму, где поминали батюшку как обычного усопшего. Затем Царская семья посетила памятные места преподобного – Ближнюю и Дальнюю пустынки, камень в лесу, на котором Серафим молился тысячу дней и ночей. Николай II и Александра Федоровна были на источниках, пили воду из родника.

Вечером 18 июля началось праздничное всенощное бдение. Гроб с мощами перенесли в Успенский собор на своих плечах Государь, великие князья и архиереи.


Царь Николай II несет раку с мощами Серафима Саровского. Июль 1903 года, г.Саров

В ночь на 19 июля двери Успенского собора были открыты, тысячи людей заходили приложиться к мощам преподобного. Во время службы 19 июля Государь и великие князья несли мощи Серафима Саровского в крестном ходе вокруг Успенского собора, затем они были помещены в раку, установленную в соборе попечением Царской семьи. Парчовый покров на раку Государыня вышила своими руками. Вечером того же дня состоялось купание Царской четы в источнике батюшки Серафима на Ближней пустыньке. С этим событием непреложно связывают то, что Царю и Царице вслед за четырьмя дочерьми был дарован долгожданный наследник Алексей.

В эти светлые дни Государя ожидали не только радости. Дивеевская блаженная Паша Саровская передала ему письмо, написанное, по преданию, самим преподобным Серафимом. Свидетели вспоминают, что Государь прочел это письмо в уединении, никому его не показал и потом горько плакал. Над чем? Бог знает. Письмо впоследствии так и не было найдено. Сегодня-то нам ясно, что плакать было над чем – и Государю, и всей России. Не будет, наверное, слишком дерзновенным предположить, что в миг великого торжества батюшка Серафим открыл последнему русскому Царю, что ожидало его впереди. Быть может, здесь источник стойкости Царской семьи, отказа покинуть Россию в испытаниях революций и сознательного решения разделить мученическую судьбу Церкви и народа.



«Будет некогда царь, который меня прославит, после чего будет великая смута на Руси, много крови потечет за то, что восстанут против этого царя и самодержавия, но Бог царя возвеличит… До рождения антихриста произойдет великая продолжительная война и страшная революция в России, превышающая всякое воображение человеческое, ибо кровопролитие будет ужаснейшее. Произойдет гибель множества верных отечеству людей, разграбление церковного имущества и монастырей; осквернение церквей Господних; уничтожение и разграбление богатства добрых людей, реки крови русской прольются. Но Господь помилует Россию и приведет ее путем страданий к великой славе…»

«Мне, убогому Серафиму, Господь открыл, что на земле Русской будут великие бедствия. Православная вера будет попрана, архиереи Церкви Божией и другие духовные лица отступят от чистоты Православия, и за это Господь тяжко их накажет. Я, убогий Серафим, три дня и три ночи молил Господа, чтобы он лучше меня лишил Царствия Небесного, а их помиловал. Но Господь ответил „Не помилую их: ибо они учат учениям человеческим, и языком чтут Меня, а сердце их далеко отстоит от Меня“. Но не до конца прогневается Господь и не попустит разрушиться до конца земле русской, потому что в ней одной преимущественно сохраняется еще Православие и остатки благочестия христианского… Ради сих добродетелей Россия всегда будет славна и врагам страшна и непреоборима, имущая веру и благочестие — сих врата адовы не одолеют».

«Перед концом времен Россия сольется в одно великое море с прочими землями и племенами славянскими, она составит одно море или тот громадный вселенский океан народный, о коем Господь Бог издревле изрек устами всех святых: „Грозное и непобедимое Царство Всероссийское, всеславянское — Гога и Магога, пред которым в трепете все народы будут“. И все это — все равно как дважды два четыре, и непременно, как Бог свят, издревле предрекший о нем и его грозном владычестве над землею…»

« …Укоряемы – благословляйте, гонимы – терпите, хулимы – утешайтесь, злословимы – радуйтесь! Вот наш путь с тобою, и претерпевший до конца спасется! » - преподобный Серафим Саровский

Святой преподобный отче Серафиме, моли Бога о нас!

+ + +
Те верили, а те считали – блажь:
Он говорил, поход священный наш
Изменит всё, саму основу мира!

Затея не закончилась добром:
Не стало боевого командира.
Заплаканы, идут Иван с Петром.

Беда из бед, потеря из потерь!
Неужто все напрасно, и теперь
Одиннадцать солдат осиротевших,
От смерти командира опустевших,
Обречены навек себя корить,
Что надо было, да, отговорить,
Не довести до страшного финала.

Им медсестра бежит наперерез.
Кричит:

Ребята!
Командир воскрес.
Он победил.
Я верила!
Я знала.

(Саша Кладбище, Киев, Пасха 2016)

Это мой жж френд с 2005 года. Мощно пишет.

***
В жизни без имени – никуда, только родился – нате,
кто-то заранее получил, кто в родовой палате.
Ласково мама в детстве зовёт
(бабушка – и не в детстве),
прозвище группа в саду даёт, тут никуда не деться;
после – фамилия в сентябре, в школе, на перекличке,
имя дадут тебе во дворе в виде особой клички;
Жизнь непроста, безымянным в ней
не удержаться крепко;
сам в интернете возьмешь никнейм, даст позывной учебка…
Каждому много имён дано, невероятно много.

Впрочем, особенное, одно, есть для тебя у Бога.

Имя, что знаете вы вдвоем, жизни иной предтеча:
Форма его и его объем – не для людских наречий;
Не отыскать его ведунам, не объяснить ученым,
Тайное имя даётся нам
с тем, чтобы стать реченным:
После всех тропок, дорог и трасс, мира, войны и ада,
Он позовёт тебя – только раз, в час, когда будет надо,
Лестница вверх из небесных свай, держит земля – едва ли.
А потому-то не забывай, как бы тебя ни звали –

В скорби любой, одинок, забыт, и обделён другими,
Ты глубоко, глубоко внутри
Носишь Господне имя.

+ + +
Если только представить, хотя бы на пять минут,
Что его изобьют плетями, потом распнут,
В этот маленький лоб вопьются шипы, как жала –
Зарыдаешь. Подумаешь – лучше бы не рожала,
Чем смотреть, как по пыльному дереву кровь течёт,
Чем давить изнутри в небо рвущийся хриплый вой…

Но пока Он тебе улыбается, все не в счёт,
И ладошками – целыми – палец хватает твой.

Засыпай, моё сердце, на ложе из пряных трав,
Вырастай, мое солнышко,

Смертию смерть поправ.

+ + +
Когда корпус подмоги далек и недосягаем,
Когда рвутся гранаты, и лёгкие крутит газ,
Остаётся любовь – это всё, чем располагаем.
Это то, что не выбить и не отобрать у нас.
Когда кажется – тщетны старания и попытки,
Оккупирован трон, заблокирован кабинет,
Остаётся любовь – это то, что у нас в избытке,
С чем нельзя проиграть.
То, чего у них просто нет.

Когда злобно закушены губы до брызгов алого
И глаза застилает багровая пелена –

Помни:
Только любовь всегда побеждала дьявола.

Лишь она.