Мы уже ничего не можем, мы можем просто делать то, что нам нравится делать. Мы особо ни от чего не отвергаемся и не выворачиваем себя наизнанку. Просто вот так получилось, что нас здесь всех собрал Господь, и никто, в общем-то, от себя особо не отвергался… Просто нам нравится быть живыми, в отличии от тех, кто всю жизнь играет и надеется на какой-то идиотский выигрыш в каком-то абстрактном конце. Мы не играем, а живем одним днем, поэтому нас здесь и собрал Господь. Нам это нравится, мы это любим, вот и все. А та цена, которую приходится платить за нашу свободную жизнь… Мы согласились на эту цену.